Применение судом общей юрисдикции рекомендаций КС РФ — Юридические советы

8 июня 2021 в 17:03

Применение судом общей юрисдикции рекомендаций КС РФ - Юридические советы

Гражданин Глазов — кредитор третьей очереди реестра требований кредиторов должника, в отношении которого было открыто дело о банкротстве. Дело возбуждено по инициативе третьего лица — Александра, в польщу которого была взыскана задолженность по договорам займа.

Спустя год после вступления судебного решения в силу Глазов узнаёт о том, что Александр заявляет о праве на включение в реестр требований кредиторов. Тогда Заявитель подает кассационную жалобу на апелляционное определение по делу Александра и заявляет ходатайство о восстановлении процессуального срока.

Девятый КСОЮ отказал Глазову в удовлетворении заявлении, т. к. с момента вступления обжалуемого документа в силу прошло более года.

Заявитель пришёл к выводу, что положения абзаца 2 ч. 6 ст. 112 ГПК Российской Федерации не соответствуют Конституции, т. к. они позволяют суду отказать кредитору в восстановлении срока подачи кассационной жалобы без выяснения момента, когда заявитель узнал или должен был узнать о нарушении его прав.

Позиция КС РФ

Конституционный Суд напомнил, что Институт восстановления процессуальных сроков является гарантией для лиц, не имеющих возможности реализовать свое право на совершение процессуальных действий в установленный срок по уважительным причинам. Законодателем предусмотрено, что процессуальные сроки подачи жалоб на вступившие в силу решения подлежат восстановлению только в исключительных случаях.

Указал КС РФ и на Конституционный принцип равенства всех перед законом и судом, предполагающий, что всем людям должны быть предоставлены равные гарантии защиты прав.

Также судьи КС обратились к судебной практике 2007 года, когда суд признал ч. 2 ст. 117 и ч.2 ст.

276 не предполагающими отказа в удовлетворении ходатайства о восстановлении пропущенного срока по причине истечения предельного срока.

Если конкурсные кредиторы полагают свои права и законные интересы нарушенными судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании конкурсные кредиторы, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт. При этом в случае пропуска ими срока на его обжалование суд вправе его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов.

Посредством такого механизма интересы кредиторов приводятся к балансу, а именно: кредиторы получают возможность принять участие в том судебном процессе и представить свои доводы и доказательства при проверке судебного акта о взыскании задолженности.

Как в ГПК!

Но в случае, если оспариваемые судебные акты были вынесены судами общей юрисдикции, то и вопрос подачи заявления о восстановлении пропущенного срока стоит рассматривать с точки зрения норм ГПК РФ, в котором не указано, возможно ли восстановить срок на подачу такой жалобы, если годичный срок со дня вступления постановления в силу уже истёк.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, однородные по своей юридической природе отношения должны регулироваться одинаковым образом.

Оспариваемые Заявителем положения не препятствуют восстановлению срока подачи кассационной жалобы по причине истечения предельно допустимого срока кредитором, намеренным оспорить вступившие в силу постановление, о котором тот узнал лишь по прошествии одного года с момента вступления документа в силу. Иное истолкование оспариваемых положений нарушало бы право конкурсных кредиторов на судебную защиту.

  • Дела Глазова направлены на новое рассмотрение.
  • Читайте далее:
  • КС РФ встал на защиту прав руководителей профсоюзов
  • Перечень оснований для пересмотра приговоров будет расширен
  • Вернуть полученное: нужно ли возвращать излишне уплаченное довольствие?

Знаковые решения КС РФ и ВС РФ по вопросам трудового законодательства. Обзор

В 2018 году Конституционный Суд РФ выпустил три важных постановления, а Верховный Суд РФ определил признаки трудовых отношений и особенности увольнения работников. Внимание на выводы в статье. Возможно, придется изменить подходы в работе, чтобы избежать трудовых споров.

Кадровое делопроизводство

Профпереподготовка в Контур.Школе

Программа

Определения Верховного Суда РФ (ВС РФ) – это решения по «обычным» спорам между работниками и работодателями, а не акты толкования и применения права. Несмотря на то что судебная практика не признается источником российского права, суды общей юрисдикции учитывают знаковые решения ВС РФ при рассмотрении аналогичных трудовых споров.

Постановления Конституционного Суда РФ (КС РФ) – это акты прямого действия, окончательные, вступают в силу со дня официального опубликования, обжалованию не подлежат. Учитывать в работе обязательно.

Знаковые постановления КС РФ

Оплата работы в выходные или нерабочие праздничные дни

КС РФ определил смысл ч. 1 ст. 153 ТК РФ «Оплата труда в выходные и нерабочие праздничные дни» (Определение Конституционного суда РФ от 28.06.2018 № 26-П): при установлении размера заработной платы работодатель должен учитывать не только количество и качество труда, но и условия работы.

КС РФ разъяснил, как оплачивать труд работников, зарплата которых помимо месячного или должностного оклада включает компенсационные и стимулирующие выплаты.

Оплата за работу в выходной или нерабочий праздничный день сверх месячной нормы рабочего времени должна включать не только тарифную часть заработной платы, но и все компенсационные и стимулирующие выплаты, предусмотренные установленной для них системой оплаты труда.

В Постановлении № 26-П КС РФ закрепил такой подход общеобязательным при исчислении оплаты за работу в выходные или нерабочие праздничные дни. Иное истолкование ст. 153 ТК РФ в правоприменительной практике исключено.

Вывод: с 29 июня 2018 года — с даты официального опубликования Постановления КС РФ № 26 — при оплате работы в выходные или нерабочие праздничные дни учитывайте не только тарифные ставки, оклады, но и прочие компенсационные и стимулирующие выплаты, предусмотренные системой оплаты труда.

Неиспользованные отпуска не сгорают, работник имеет право на компенсацию за неиспользованный отпуск в полном объеме

В КС РФ обратились несколько уволенных работников, получивших компенсацию за неиспользованный отпуск не в полном объеме, а за последние полтора года.

Работодатели и суды общей юрисдикции по-своему поняли норму п.1 ст. 9 Конвенции МОТ № 132 «Об оплачиваемых отпусках». В ней сказано, что непрерывная часть ежегодного оплачиваемого отпуска в размере 14 дней предоставляется и используется в течение года. Остаток — в течение 18 месяцев после окончания того года, за который предоставляется отпуск, не позже.

КС РФ отметил, что Конвенция МОТ № 132 не ограничивает срока, в течение которого работник может обратиться в суд с требованием взыскать компенсацию. Работники имеют право на компенсацию за все неиспользованные отпуска. И не важно, сколько времени прошло с окончания рабочего года, за который предполагался неиспользованный полностью либо частично отпуск.

Вывод: помните, что трудовое законодательство не разрешает накапливать задолженность по отпускам. Предоставляйте оплачиваемые отпуска ежегодно (ч. 1 ст. 122 ТК РФ). В ст.

124 ТК РФ указаны причины, по которым можно перенести отпуск в рабочем году или на другой год. ТК РФ запрещает не предоставлять отпуска в течение двух лет подряд.

Если работодатель нарушает эти нормы и не предоставляет работникам отпуска, при увольнении он обязан выплатить компенсацию за все неиспользованные отпуска.

Новые профстандарты и требования к квалификации — не основание для увольнения

В КС РФ обратилась работница, уволенная с должности воспитателя детского сада из-за несоответствия новым требованиям к образованию, установленным законом и профессиональным стандартом. Ее уволили по п. 13 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, несмотря на большой опыт работы.

КС РФ такую практику не поддержал и отметил: «… цель введения профессиональных стандартов, так и их предназначение не предполагали увольнения с работы лиц, не соответствующих в полной мере квалификационным требованиям к образованию, но успешно выполняющих свои трудовые обязанности, в том числе воспитателей дошкольных образовательных организаций» (Постановление КС РФ от 14.11.2018 № 41-П).

При принятии Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» не предполагалось, что работодатели будут требовать наличие профессионального образования у педагогических работников, которые уже в трудовых отношениях и успешно осуществляют профессиональную деятельность. Подразумевается, что вопрос о продолжении профессиональной деятельности надо решать с учетом длящегося характера трудовых отношений. Проводят аттестацию и оценивают, способен ли работник выполнять порученную ему работу.

Ранее Минтруд России в Письме от 22.04.2016 № 14-3/В-381 также разъяснял, что вступление в силу профессиональных стандартов не является основанием увольнять работников.

Однако по итогам проверок прокуратуры работодатели получали распоряжение уволить работников, у которых квалификация не соответствует требованиям закона.

Поэтому Постановление КС РФ № 41-П важно для правоприменительной практики.

Знаковые решения ВС РФ

Отличие трудовых отношений от гражданско-правовых

С 1 января 2015 года установлена административная ответственность за заключение гражданско-правового договора, фактически регулирующего трудовые отношения между работником и работодателем (ст. 5.

27 КоАП РФ). Как разграничить трудовые отношения и гражданско-правовые? В законе четких правил нет. Ориентируйтесь на Определение ВС РФ от 22.10.2018 № 56-КГ18-29.

Характерные признаки трудовых отношений:

  • стороны достигли соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя;
  • работник подчиняется действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы, сменности;
  • работодатель обеспечивает условия труда;
  • работник выполняет трудовую функцию за плату;
  • работник выполняет работу в соответствии с указаниями работодателя;
  • работодатель признает права работника на еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск;
  • работодатель оплачивает расходы, связанные с поездками работника в целях выполнения работы;
  • работник периодически получает выплаты, которые являются для него единственным или основным источником доходов;
  • работодатель предоставляет инструменты, материалы и механизмы.
Читайте также:  Изменение условий должностной инструкции - Юридические советы

Недопустимо включать в договор гражданско-правового характера наименование должностей, специальностей, профессий. Косвенный признак трудовых отношений — в договоре прописаны условия труда исполнителя, подрядчика или агента.

В другом Определении ВС РФ от 10.09.2018 № 80-КГ18-9 рассмотрены ключевые отличия трудового договора от договора возмездного оказания услуг:

  • предмет договора — исполнитель или работник выполняет не конкретную разовую работу, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица — работника. По трудовому договору важен процесс исполнения этой трудовой функции, а не оказанная услуга;
  • самостоятельность исполнителя — по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя;
  • риск — по договору возмездного оказания услуг исполнитель работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного со своим трудом.

Вывод: избегайте признаков трудовых отношений в гражданско-правовом договоре. При заключении гражданско-правового договора учитывайте признаки трудовых отношений, названные в ст. 15 ТК РФ, и сложившуюся судебную практику, характеризующую отличия трудового договора от договора гражданско-правового характера.

Работник может отозвать свое согласие на работу в новых условиях

Трудовой кодекс предусматривает два способа внести изменения в трудовой договор:

  • по соглашению сторон, оформленному в письменной форме (ст. 72 ТК РФ);
  • по инициативе работодателя в одностороннем порядке (ст. 74 ТК РФ).

Работодатель может изменить условия по своей инициативе только, если есть причины организационного или технологического характера, и при трудовом споре он может доказать, что невозможно сохранить прежние. Если это действительно так, можно переходить к процедуре, указанной в ст. 74 ТК РФ:

  • уведомить работника о предстоящих изменениях условий трудового договора и причинах, которые вызвали такую необходимость, не позднее чем за два месяца до этого (ч. 2 ст. 74 ТК РФ);
  • в письменной форме предложить работнику другую имеющуюся работу в соответствии с ч. 3 ст. 74 ТК РФ, если работник не согласен работать в новых условиях.

В Определении от 15.10.2018 № 5-КГ18-187 ВС РФ разбирал вопрос, может ли работник передумать и отказаться от работы в новых условиях, если ранее выразил свое согласие? Да, может, в пределах двухмесячного срока (ст. 74 ТК РФ). Если лишить работника такого права, это может ограничить его трудовые права.

Вывод: о предстоящем изменении условий трудового договора работодатель обязан предупредить работника за два месяца. Если работник отозвал свое согласие на работу в новых условиях в течение этого срока, работодатель обязан это учесть.

Приказ на увольнение по дисциплинарному основанию

В 2018 году ВС РФ в Определениях от 12.03.2018 № 18-КГ17-290 и от 02.07.2018 № 10-КГ18-6 разъяснил, что в приказе об увольнении работодателю обязательно нужно указывать, какой проступок стал поводом для взыскания и когда он был совершен. Если этой информации в приказе нет, судьи не могут определить, была ли в действиях работника неоднократность проступков, какие нарушения он совершил.

Вывод: при оформлении приказа на увольнение работника за неоднократное неисполнение трудовых обязанностей указывайте, какие нарушения дисциплины труда послужили основанием к увольнению.

Чтобы уволить работника по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, нужно соблюдать порядок его привлечения к ответственности. Поэтому в приказе об увольнении необходимо указать суть конкретных нарушений работником трудовых обязанностей.

По трудовым спорам, связанным с увольнением работников по дисциплинарным основаниям, судьи обращают внимание не только на процедурную часть (выполнение порядка применения дисциплинарного взыскания и сроков их применения), но и на содержательную.

В соответствии с ч. 5 ст. 192 ТК РФ работодатель обязан учитывать тяжесть совершенного проступка, обстоятельства при которых он был совершен, а в п. 53 Постановления Пленума Верховного суда от 17.03.2004 № 2 отмечается необходимость учитывать еще и предыдущее поведение работника, его отношение к труду.

Вебинары для бухгалтеров и кадровиков

Лекции с экспертами-практиками, ответы на вопросы, тестирование

Расписание вебинаров

Так, в судах общей юрисдикции проверяют, наступили ли для работодателя неблагоприятные последствия в связи с нарушением работником трудовой дисциплины, выясняют, как длительно работник состоит в трудовых отношениях с работодателем, нарушал ли дисциплину ранее.

Только при подтверждении данных обстоятельств принимается решение о правомерности или неправомерности применения работодателем дисциплинарного взыскания. См., например, Апелляционное определение Приморского краевого суда от 21.08.

2018 по делу № 33-7831/2018, Апелляционное определение Челябинского областного суда от 15.02.2018 по делу № 11-2275/2018

Возмещение судебных издержек: о чем умолчал конституционный суд?

В одном из дел Конституционный Суд РФ затронул институт взыскания судебных издержек в контексте процедуры рассмотрения частных апелляционных жалоб на определения суда первой инстанции без вызова сторон спора. Какими инструментами сегодня вооружены суды при оценке разумного предела возмещаемых судебных расходов налогоплательщика?

Постановление КС РФ от 20.10.2015 № 27-П «По делу о проверке конституционности части третьей статьи 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.И. Карабанова и В.А. Мартынова» (далее – Постановление № 27-П).

Необязательность личного присутствия

Предметом судебного рассмотрения стала ст. 333 ГПК РФ. Заявители не согласились с конституционностью этой нормы, позволившей судам общей юрисдикции рассмотреть их частные апелляционные жалобы на определения судов первой инстанции по вопросу взыскания с них судебных издержек без их вызова в суд.

КС РФ не обнаружил в таком применении обжалованной нормы нарушения конституционных прав граждан. Однако аргументация суда пространна и неубедительна. Начиная с тезиса о производности определений о взыскании судебных расходов и намека на несложность решения этой судебной задачи. В итоге КС РФ предлагает самому апелляционному суду решать, нужно ли ему вызывать участников судебного процесса.

Особое мнение судьи КС РФ Геннадия Жилина более аргументированно. Он полагает, что:

  • КС РФ в очередной раз столкнулся с недостатком правового регулирования апелляционного судебного процесса, не имеющего разумного правового объяснения;
  • природа подобных споров материально-правовая, и именно материально-правовой интерес преследуют заявители в других делах, по которым апелляционное обжалование носит вызывной характер (например, об отмене решения третейского суда или о выдаче исполнительного листа по такому решению);
  • суд обязан разрешить поставленный заявителем вопрос о взыскании с проигравшей стороны судебных расходов и изложить соответствующие доводы, подтвержденные ссылкой на доказательства с раскрытием их содержания в мотивировочной части судебного акта. Этот судебный акт может иметь различные процессуальные формы: решение, дополнительное решение, определение;
  • не должно быть существенных процессуальных различий в апелляционном оспаривании различных по форме, но одинаковых по сути судебных актов.

Вывод судьи Жилина однозначен: «Скорее всего законодатель упустил из виду специфику определений о распределении судебных расходов, не включив их в перечень проверяемых судом апелляционной инстанции с извещением лиц, участвующих в деле. Это законодательное упущение, восполнения которого требует сама логика и целевая направленность названной нормы».

Здесь можно было бы поставить точку, считая полемику законченной. Но заочная дискуссия cуда и судьи КC РФ выявила проблему не только законодательного упущения, но и квалификации этой категории дел как несложной. Именно это позволяет судам проводить апелляционное разбирательство без вызова сторон.

Вопрос о распределении судебных расходов сторон в большинстве случаев конфликтен, его разрешение судом – почти всегда результат рассмотрения спора сторон о размере возмещаемых расходов.

Активность сторон при этом не уступает их активности по основному делу, поскольку речь идет о судьбе части их имущества.

В налоговых спорах, например, налоговые инспекции порой проявляют больше энтузиазма, когда защищают собственные денежные средства, а не потери бюджетов всех уровней.

Да и сам КС РФ в Постановлении № 27-П признает, что решение вопроса о распределении судебных издержек зависит от активной доказательной позиции сторон. Ведь выводы суда о присужденной сумме должны быть основаны на представленных сторонами доказательствах, в т. ч. документах.

Следуя логике КС РФ, суд должен решить массу вопросов: «…проверить, фактически ли понесены заявленные судебные расходы в том объеме, который предъявлен к возмещению, оценить их на предмет их связи с рассмотрением дела, необходимости, оправданности и разумности, оценить возможные процессуальные злоупотребления сторон спора, установить баланс между правами лиц, участвующих в деле».

Вряд ли такой объем судебной работы может говорить о сугубо техническом правосудии. Как указал КС РФ, выводы суда о присужденной сумме судебных издержек имеют в известной степени оценочный характер. Но для любой оценки нужна шкала, мера, критерии.

ВАС РФ неоднократно пытался разъяснить вопросы применения ч. 2 ст. 110 АПК РФ:

Конституционный Суд подтвердил независимость адвокатуры

19 февраля 2020 г. 08:00

Генри Резник: Определение КС РФ утвердило полную конституционность основных положений Закона об адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката как внутрикорпоративного акта

Опубликовано Определение Конституционного Суда РФ от 30 января 2020 г. № 34-О по жалобе Виталия Буркина и Юрия Филиппских (далее – Определение № 34-О), которые были лишены статуса адвоката. Конституционный Суд РФ отказался рассматривать жалобу В.А. Буркина и Ю.И.

Читайте также:  Проставление штампа в паспорте о регистрации по месту жительства - Юридические советы

Филиппских на нарушение их конституционных прав положениями Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» во взаимосвязи с положениями Кодекса профессиональной этики адвоката и Правил поведения адвокатов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Вице-президент ФПА РФ, председатель Комиссии Совета ФПА РФ по защите прав адвокатов Генри Резник отметил, что позиция Конституционного Суда РФ, отраженная в Определении № 34-О, не могла быть другой.

КС РФ подтвердил, что адвокатура является независимой неправительственной организацией, выполняющей публично-правовые функции.

В.А. Буркин и Ю.И. Филиппских оспаривали конституционность следующих положений Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»: п. 2 ст. 17; подп. 9 п. 3 и абз. 2 п. 7 ст. 31; п. 3 и 7 ст. 33. В.А.

Буркин также оспаривал конституционность следующих положений данного Федерального закона: подп. 4 п. 1 ст. 7; подп. 2 и 2.1 п. 2 ст. 36; подп. 16 п. 3 ст. 37 во взаимосвязи с нормами Кодекса профессиональной этики адвоката, обязывающими адвоката при всех обстоятельствах сохранять честь и достоинство, присущие его профессии (п. 1 ст.

4), при осуществлении профессиональной деятельности уважать права, честь и достоинство лиц, обратившихся к нему за оказанием юридической помощи, доверителей, коллег и других лиц, придерживаться манеры поведения и стиля одежды, соответствующих деловому общению (п. 2 ст.

8), а также с положениями Правил поведения адвокатов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (утверждены решением Совета ФПА РФ от 28 сентября 2016 г.

), в силу которых проявление адвокатом своей активной гражданской позиции должно осуществляться с неукоснительным соблюдением принципов профессионального поведения адвокатов (п. 1.2), предполагающих, в частности, уважительность, ответственность и достоверность заявлений адвоката в сети «Интернет» (п. 2.3.2 и 2.3.3).

Советами адвокатских палат субъектов РФ на основании заключений квалификационных комиссий соответствующих адвокатских палат в отношении В.А. Буркина и Ю.И. Филиппских были приняты решения о прекращении статуса адвоката в связи с нарушением законодательства об адвокатской деятельности и Кодекса профессиональной этики адвоката.

История вопроса

Напомним, что поводом для возбуждения в отношении Виталия Буркина дисциплинарного производства явилось представление вице-президента АП Республики Башкортостан Виктора Мальцева в связи с обращением, направленным в региональную Адвокатскую палату председателем Верховного Суда РБ Михаилом Тарасенко. Он сообщил, что адвокат большую часть своих публикаций в социальных сетях посвящает имеющим ярко выраженный негативный характер претензиям и критике судебной системы, допускает некорректные и оскорбительные высказывания в адрес руководства Верховного Суда РБ.

В размещенном на сайте АП Республики Башкортостан информационном письме с разъяснением решения Совета АП РБ о лишении статуса адвоката Уфимской городской коллегии адвокатов Виталия Буркина было указано, что он исказил суть взаимоотношений между адвокатами и судом, роль адвокатуры в обеспечении отправления правосудия, проигнорировал базовые этические нормы, регулирующие отношения адвокатов как с представителями государства и общества, так и между собой, проявив демонстративное неуважение к Совету АП РБ как выборному органу адвокатского самоуправления.

Юрий Филиппских был лишен статуса по решению Совета АП Ненецкого автономного округа. Согласно заключению Квалификационной комиссии и решению Совета АП НАО, он нарушил законодательство об адвокатской деятельности, Кодекс профессиональной этики адвоката и решения органов Адвокатской палаты.

В нарушение актов палаты, не имея соответствующих полномочий и игнорируя требования президента Адвокатской палаты, Юрий Филиппских осуществлял распределение между адвокатами запросов органов предварительного расследования и судов о выделении адвокатов для участия в качестве защитников по назначению в уголовном судопроизводстве и в качестве представителей по назначению в гражданском судопроизводстве, в результате чего была затруднена работа органов предварительного расследования и судов.

Не согласившись с заключениями Квалификационных комиссий и решениями Советов адвокатских палат, Виталий Буркин и Юрий Филиппских обратились в суды общей юрисдикции с исками, в которых требовали признать данные акты незаконными, восстановить статус адвоката и членство в соответствующих региональных адвокатских палатах.

Решением суда, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, в удовлетворении исковых требований В.А. Буркину отказано. Суды, изучив публикацию В.А.

Буркина, размещенную им в информационно-коммуникационной сети «Интернет» и послужившую основанием для его привлечения к дисциплинарной ответственности, пришли к выводу, что использованные им формулировки не соответствовали требованиям профессионализма, достоинства, сдержанности и корректности, которые установлены как основные принципы деятельности адвокатов в сети «Интернет», а употребленные им выражения носят негативный характер, являются публичным выражением неуважения к судебным органам, не соответствуют по форме и содержанию манере делового общения, предписанной п. 2 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Юрию Филиппских также было отказано в удовлетворении его исковых требований. Суды, оценив представленные доказательства, пришли к выводу, что они подтверждают доводы, изложенные в заключении Квалификационной комиссии и решении Совета АП НАО.

В передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании судов кассационных инстанций В.А. Буркину и Ю.И. Филиппских также было отказано.

Позиция Конституционного Суда РФ

Изучив материалы жалобы Виталия Буркина и Юрия Филиппских, Конституционный Суд РФ отказался принимать ее к производству.

КС РФ отметил, что в силу взаимосвязанных положений п. 2 ст. 17, подп. 9 п. 3 и абз. 2 п. 7 ст. 31, п. 3 и 7 ст.

33 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» органом, уполномоченным рассматривать жалобы на действия (бездействие) адвокатов, является Адвокатская палата субъекта РФ в лице Квалификационной комиссии, к полномочиям которой относится дача заключения о наличии или об отсутствии в действиях (бездействии) адвоката нарушений норм Кодекса профессиональной этики адвоката, о неисполнении или ненадлежащем исполнении им своих обязанностей; при наличии допустимого повода президент адвокатской палаты возбуждает дисциплинарное производство, а Совет Адвокатской палаты рассматривает жалобы на действия (бездействие) адвокатов с учетом соответствующего заключения Квалификационной комиссии.

«Такое регулирование, устанавливающее основания, поводы и порядок привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности и определяющее полномочия органов адвокатского сообщества, в том числе президента адвокатской палаты, в дисциплинарном производстве, основано на учете особого публично-правового статуса адвокатуры (постановления Конституционного Суда РФ от 23 декабря 1999 г.

№ 18-П и от 18 июля 2019 г. № 29-П) и принципов деятельности данного института гражданского общества – законность, независимость, самоуправление, корпоративность и равноправие адвокатов (пункты 1 и 2 ст. 3 Федерального закона ”Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации”).

Кроме того, поскольку проверка законности решений органов адвокатской палаты, в том числе и решений о дисциплинарной ответственности адвокатов, входит в сферу судебного контроля (определения Конституционного Суда РФ от 17 июня 2013 г. № 907-О, от 21 марта 2015 г. № 1089-О, от 27 марта 2018 г. № 627-О, от 2 октября 2019 г. № 2658-О и др.

), оспариваемые законоположения не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителей в указанном ими аспекте», – говорится в Определении № 34-О.

Также в Определении КС РФ отмечается, что Конституционный Суд РФ неоднократно указывал, что наделение адвокатских палат (их органов) контрольными и управленческими полномочиями, в том числе полномочиями по принятию обязательных для адвокатов решений по отдельным вопросам адвокатской деятельности, согласуется с особым публично-правовым статусом некоммерческих организаций подобного рода, в том числе профессионального сообщества адвокатов, которое не входит в систему органов публичной власти и действует независимо от них (постановления от 19 мая 1998 г. № 15-П, от 23 декабря 1999 г. № 18-П, от 19 декабря 2005 г. № 12-П и от 18 июля 2019 г. № 29-П).

«Следовательно, такое регулирование не выходит за пределы дискреции законодателя, а приведенные нормы сами по себе не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя.

Предъявление же особых профессионально-этических требований к мнениям, суждениям и м адвокатов, которые они выражают публично, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети “Интернет”, по поводу деятельности государственных органов и должностных лиц, в том числе судей, обусловлено имеющими публично-правовое значение задачами и функциями адвоката, который, будучи независимым профессиональным советником по правовым вопросам, призван обеспечивать защиту прав и свобод человека и гражданина во взаимодействии с органами государственной, прежде всего судебной, власти и, соответственно, должен стремиться поддерживать доверие граждан к судебной власти, согласуется с предписаниями ст. 29 Конституции РФ и ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, задающих пределы осуществления свободы слова», – делает вывод КС РФ.

КС РФ также указал, что разрешение вопросов о том, были ли соблюдены адвокатом В.А.

Читайте также:  Налогообложение при работе на электронной торговой площадке - Юридические советы

Буркиным при выражении своего мнения в форме критических комментариев о судебной системе в информационно-коммуникационной сети «Интернет» допустимые пределы осуществления права на свободу слова, исследованы ли правоприменительными органами все обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения дела заявителя, дана ли судами надлежащая оценка установленным обстоятельствам, а также соразмерности применения к заявителю меры дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката, связано с установлением и исследованием фактических обстоятельств и оценкой законности и обоснованности правоприменительных решений, что не входит в компетенцию Конституционного Суда РФ. Также не относятся к компетенции КС РФ оспариваемые В.А. Буркиным положения Кодекса профессиональной этики адвоката и Правил поведения адвокатов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», являющиеся корпоративными правовыми актами.

Позиция адвокатуры

Вице-президент ФПА РФ, председатель Комиссии Совета ФПА РФ по защите права адвокатов, первый вице-президент АП г. Москвы Генри Резник отметил, что позиция Конституционного Суда РФ, отраженная в Определении № 34-О, не могла быть другой. КС РФ подтвердил, что адвокатура является независимой неправительственной организацией, выполняющей публично-правовые функции.

По мнению Генри Резника, «заявители замахнулись на принцип независимости адвокатуры, оспаривая право сообщества решать внутренние вопросы своей жизни путем принятия внутрикорпоративных актов, главный из которых – Кодекс профессиональной этики адвоката». «Этика – это сердцевина адвокатской профессии.

И эта независимость адвокатуры, о которой напомнил Конституционный Суд РФ, можно считать, закреплена в ст. 15 Конституции РФ, где указано, что общепризнанные принципы и нормы международного права являются составной частью российской правовой системы.

Независимость института адвокатуры – это уже общепризнанный принцип международного права», – заявил вице-президент ФПА РФ.

Генри Резник обратил внимание на важность того, что Конституционный Суд РФ отметил гарантии прав адвокатов, которые подвергаются дисциплинарным санкциям. Гарантии заключаются в том, что все решения органов адвокатского самоуправления подлежат судебному контролю.

«В данном случае заявители, недовольные конкретными судебными решениями, совершенно неосновательно перенесли спор о фактах в Конституционный Суд, атаковав основы существования адвокатуры, – сказал он.

–Понятно, что Конституционный Суд не мог иначе отреагировать и указал, что такая подмена совершенно недопустима и что конкретные факты, которые были расценены определенным образом квалификационными комиссиями и судами, не могут быть предметом рассмотрения Конституционного Суда».

Кроме того, отметил Генри Резник, статус адвокатуры как независимого института гражданского общества не может подвергаться сомнению. «Претензии заявителей – это попытка подменить решение внутрикорпоративных вопросов органами адвокатского самоуправления полным государственным контролем.

На мой взгляд, так ставить вопрос могут только лица, чужеродные профессии адвоката. При этом я совершенно не даю оценку конкретным спорам, которые были между адвокатами и органами адвокатского самоуправления их палат.

Но использовать расхождение во мнениях для того, чтобы фактически поставить под сомнение базовые основы существования адвокатуры, полагаю, могут только люди, которым эти принципы просто-напросто не близки», – считает он.

По мнению вице-президента ФПА РФ, Определение № 34-О утвердило полную конституционность основных положений Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и Кодекса профессиональной этики адвоката как внутрикорпоративного акта, который принят Всероссийским съездом адвокатов по предписанию законодателя. «Получается так, государство независимость адвокатуры признает, а люди, которые числились адвокатами, эти принципы хотят ликвидировать. Это печально», – заключил Генри Резник.

Анна Стороженко

Отказы судов применять позиции КС препятствуют обеспечению верховенства Конституции РФ

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, 29 июн — РАПСИ, Михаил Телехов. Отказ от применения судами общей юрисдикции позиции Конституционного суда (КС) РФ либо применение ими нормы в ином истолковании означает неисполнение решения КС РФ, что препятствует обеспечению верховенства и прямого действия Конституции России и нарушает право на судебную защиту. Так гласит новое постановление КС РФ.

  • Не вправе не исполнять
  • Оно было принято в связи с жалобой семьи Однодворцевых, которых выселяли из квартиры в Москве, несмотря на то, что в свою защиту они ссылались на постановление КС, вынесенное по аналогичному делу.
  • Однодворцевы оспаривали части 3 и 5 статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде РФ», часть 1 статьи 439 Ггражданско-процессуального кодекса РФ и пункт 4 части 1 статьи 43 федерального закона «Об исполнительном производстве», на основании которых суды отказали в пересмотре их дела, мотивируя это тем, что ссылка на постановление КС не может быть принята во внимание, поскольку в нем не содержится указание на распространение данного решения на лиц, не являющихся участниками конституционного судопроизводства.
  • Но в новом решении КС указал, что суды общей юрисдикции независимо от того, в какой стадии процесса находится дело, с момента вступления в силу постановления КС РФ, содержащего новое истолкование применяющей в деле нормы, не вправе не исполнять его.

Оспоренные нормы признаны соответствующими Конституции РФ.

«Они не предполагают продолжения исполнительного производства по выселению из жилого помещения граждан, не являвшихся участниками конституционного судопроизводства, в случае их обращения в суд с заявлением о прекращении принудительного исполнения судебного решения о выселении, признавшего право собственности на данное жилое помещение за публично-правовым образованием, если указанное решение основано на актах или их отдельных положениях, признанных постановлением Конституционного Суда Российской Федерации неконституционными (или получивших в нем конституционное истолкование), и оно не исполнено (либо исполнено частично) на момент вынесения такого постановления Конституционного Суда Российской Федерации», — говорится в постановлении КС.

Это решение КС основано на ранее вынесенных правовых позициях суда.

Основание для пересмотра

Как следует из материалов дела, в 2009 году семья Однодворцевых купила в Москве квартиру. Позже выяснилось, что эти помещения выбыли из городской собственности в результате незаконной приватизации. Но Однодворцевы были признаны добросовестными приобретателями, поскольку покупая жилье, они полагались на данные ЕГРН и прошли государственную регистрацию права собственности.

Но в 2010 году суды удовлетворили требования Департамента жилищной политики и жилищного фонда Москвы об истребовании спорной квартиры из владения Однодворцевых, а также об их выселении из жилья и снятии с регистрационного учета. В 2016 году были возбуждены соответствующие исполнительные производства.

В 2017 году КС рассматривал дело москвича Александра Дубовца, который также был признан добросовестным приобретателем жилья, и от которого Департамент городского имущества Москвы требовал освободить квартиру, купленную у лиц, впоследствии осужденных за мошенничество с недвижимостью. Тогда КС указал, что Гражданский кодекс (ГК) РФ не допускает истребования спорного имущества у гражданина, который, купив квартиру, полагался на данные Единого государственного реестра недвижимости и прошел государственную регистрацию права собственности.

Однодворцевы, ссылаясь на постановление КС по делу Дубовца, пытались оспорить вынесенные в отношении них судебные акты в связи с новыми обстоятельствами, а также прекратить исполнительное производство. Но им было отказано в удовлетворении жалоб.

Но суды указали, что решение по делу Дубовца было принято в связи с рассмотрением его конкретного дела, и не содержит прямого указания на необходимость пересмотра иных судебных актов, и само по себе не содержит оснований для прекращения исполнительного производства по делу Однодворцевых.

Судебное решение, вынесенное в отношении них, вступило в силу в 2010 году, однако оно пока остается неисполненным в части выселения их из спорной квартиры.

  1. КС сегодня напомнил, что его постановление является основанием для пересмотра судебного решения, во исполнение которого было возбуждено исполнительное производство, и как следствие — для прекращения этого производства.
  2. «Федеральному законодателю надлежит внести в правовое регулирование необходимые изменения, направленные на установление правового механизма пересмотра судебных постановлений, основанных на актах или их отдельных положениях, признанных неконституционными и не исполненных либо исполненных частично на момент вынесения соответствующего постановления КС РФ», — указывает КС.
  3. Дела заявителей подлежат пересмотру.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *